Olga Jegunova

The Latvian pianist Olga Jegunova makes every performance fresh and compelling. She possesses a remarkable musical imagination combined with a seriousness of purpose and discipline. Her repertoire ranges from Bach to Schnittke, Scarlatti to Bartok and includes much contemporary repertoire, not least some new works composed especially for her.

Владимир Спиваков: «Когда человек помогает, он выходит из круга своего собственного»

Пианистка Ольга Егунова расспросила скрипача Владимира Спивакова о том, что такое музыка, как работает маэстро и почему важна благотворительность.

image2.jpeg

 

Можно, я начну с вашей цитаты? В одном из интервью вы говорили: “Музыка — мостик между духовным и материальным”. Что вы имели в виду?

Это не я придумал. Анна Ахматова сказала, что музыка — это “единственная связь добра и зла, земных низин и рая”. Это действительно так. Можно вспомнить трактат Ницше “О рождении трагедии из духа музыки”. В студенческие годы я любил философию и много читал на эту тему. Ницше пишет о том, что и аполлоническое и дионисийское начала находятся вроде как в противоположных аспектах, но вместе с тем сосуществуют друг с другом. Так же и в  романе  Д. Лоуренса «Любовник леди Чаттерлей», который был создан под влиянием идей Ницше, рассказываются о том, что ни одно из этих начал не может возобладать над другим, потому что  у них есть вечное сосуществование. Как говорят французы «Les extrêmes s’attirent» – противоположности сходятся. Так оно и есть.

 

Что если эта борьба происходит внутри самого человека? Ведь сложно постоянно бороться?

Какому человеку не сложно с самим с собой? Конечно сложно. Побеждает то одно, то другое.

 

Кем в контексте этого вечного противостояния является музыкант-исполнитель? Может он, подобно Вергилию из “ Божественной комедии»  Данте, сопровождает и направляет?

Конечно я перевожу идеи в язык чувств и эмоций. Потому что эти ноты, черные точки на нотном стане – закодированные человеческие эмоции.

 

Как их расшифровать?

Здесь возобладает интуитивное начало. Так же, как в трагедии “Моцарт и Сальери”  — Пушкин доказывает, что интуитивное возобладает над рациональным. Сальери мог разъять музыку, как труп, а Моцарт интуитивно создавал гениальные творения. Или возьмем работу В. Кандинского “О  духовном в искусстве”. Он говорит о том, что помимо материального существует нечто бестелесное в искусстве, часто не поддающееся словесному эквиваленту.

 

При этом на одной интуиции нельзя выстроить ни стиль, ни школу, ни чувство вкуса.

Конечно, существует великая школа и великие примеры. Для того чтобы как-то способности или талант раскрылись, необходимо несколько условий. Во-первых, наличие этих способностей или талантов. Во-вторых, большие примеры. И в-третьих, жизненные препятствия.

 

Нидерландский философ Й. Хейзинга в своем трактате Homo Ludens («Человек играющий») говорит о том, что вся наша жизнь — это игра.

 

Шекспир еще давно заметил, что вся жизнь — театр, а до него – и древние греки.

 

Кроме того, в музыке мы используем глагол «играть».  Как не заиграться и не потерять себя?

Это зависит от степени погружения в музыкальное сочинение. Когда-то я выступал с оркестром под управлением великого дирижера Евгения Федоровича Светланова. Это было в Швеции. Во втором отделении концерта Светланов исполнял Вторую симфонию Рахманинова.  Во время выступления отдаешь огромное количество энергии и получаешь обратно еще большее количество энергии от публики. И поэтому творческим людям  после выступления очень сложно ночью заснуть. Так и я после концерта никак не мог заснуть, вдруг позвонил Светланов. Было три часа ночи. «Володя, ты не спишь? Зайди ко мне».  Я пришел, с упоением слушал, как он читал стихи, признавшись, что тоже был под огромным впечатлением от концерта.  И вот что Светланов мне сказал: «Володя, мне иногда кажется, что в меня вселился дух Рахманинова». Я понял это высказывание 30 лет спустя, когда сам продирижировал и записал эту симфонию. Вы настолько вживаетесь в сочинение, что становитесь — не могу сказать, что самим Рахманиновым, — но…

 

Соавтором?

Да, соавтором. Вы понимаете, что хотел этот человек сделать, и вы становитесь этим человеком - им, и… делаете…

Столько наносного внесли люди в эту музыку, настолько несвойственного характеру самого Рахманинова, что мне пришлось это расчищать так, как расчищают или реставрируют икону.

image1.jpeg

 

Как вы погружаетесь в музыкальное произведение?

Я люблю читать письма композиторов, потому что иногда в какой-то строчке вы можете проникнуть в неведомое. Тогда же люди не думали о том, что когда-то будут распечатаны эти письма, писали все, что чувствовали. Это эпистолярное наследие мне очень помогает. Мы заговорили о Рахманинове, и я вспомнил итальянского композитора Отторино Респиги, который захотел оркестровать фортепьянные этюды-картины Рахманинова. По поводу части, которая называется “Похоронный марш”, он написал Рахманинову письмо и спросил его: « Что означают в 14-ой цифре шестнадцатые ноты в альтах?». Рахманинов ему ответил: «Это мелкий, непрестанный и безнадежный дождь». Я даже записал себе в партитуру эти слова.

 

Много лет существует благотворительный фонд Владимира Спивакова, помогающий одаренным детям.  В Лондоне в январе вы тоже [выступали] в поддержку благотворительного фонда — Gift of Life. Почему благотворительность так важна?

Считаю, что когда человек помогает, он выходит из круга своего собственного «я». Помощь дарит долю внутреннего счастья. Наш фонд помогал трехлетнему мальчику, которому в Бакулевском институте сердечно-сосудистой хирургии делали операцию на открытом сердце. Мальчик был сыном священника, шестым ребенком в семье. 10 дней он висел на волоске от смерти. Помню, мне позвонил Лео Бокерия, знаменитый наш хирург, и сказал: «Володя, мы сделали очень удачную операцию, но сейчас все в руках Господа». И мальчик выжил, стал заниматься музыкой, сейчас поступил в Национальный филармонический оркестр России в альтовую группу. Мой фонд работает не только сам по себе, он помогает многим другим фондам, в частности фонду Чулпан Хаматовой “Подари жизнь”, фонду Евгения Миронова «Артист», фонду Ксении Раппопорт «Дети-бабочки» и многим другим.

 

Иногда показываем губернаторам важность какого-нибудь действия, например, играем благотворительный концерт по сбору средств для строительства детского хосписа – как было в Омске. После нашего концерта началось строительство хосписа.

 

Как вдохновить людей поддерживать фонды?

Только собственным примером. К сожалению, у нас в России не существует закона о меценатстве.

 

Что бы вы пожелали нашим  читателям  в Новом году?

Как известно, это год собаки. Есть такой замечательный польский писатель Януш Вишневский. Среди прочего, у него есть чудесная мысль, которую стоит воспроизвести в печатном виде: «Боже, дай мне быть таким, каким видит меня моя собака».